В одной итальянской больнице случилось то, что сначала казалось обычным ночным дежурством. Восьмидесятилетний синьор Капуто перенёс тяжёлый инсульт. Его привезли поздно вечером, под самый Новый год, когда коридоры уже почти опустели, а в ординаторской пахло кофе и мандаринами.
Два медбрата, Анджело и Сальваторе, как раз заканчивали смену. Оба уставшие, оба с планами на праздники. Анджело мечтал уехать к семье в деревню, Сальваторе хотел наконец-то выспаться и встретить Рождество без белого халата. Пациент в реанимации выглядел совсем плохо. Врачи развели руками: дальше — как повезёт. Вот тут-то и родилась идея, о которой потом никто из них не хотел вспоминать вслух.
Они поспорили. Всего на двести евро и новогодний отгул. Доживёт ли старик до утра? Анджело поставил на то, что да. Сальваторе — на нет. Сумма небольшая, но в ту ночь она вдруг стала важнее всего. Каждый раз, когда приходилось бежать к монитору, проверять давление, менять капельницу или просто стоять рядом и слушать тяжёлое дыхание, в голове крутилась одна мысль: «Моё» или «твоё».
Сначала это было похоже на шутку. Потом стало неловко. А потом — страшно. Потому что чем дольше тянулось время, тем яснее становилось: они уже не просто спорят о деньгах. Каждый укол, каждый поворот капельницы, каждый взгляд на экран кардиографа превращался в ход в этой странной игре. Один старался чуть сильнее, другой — чуть меньше. И оба понимали, что так нельзя.
Ночь тянулась бесконечно. За окном падал редкий снег, в палате тихо пищали приборы. Синьор Капуто то уходил куда-то глубоко, то вдруг возвращался — открывал глаза, шевелил губами. Медбратья молчали. Только переглядывались. И каждый раз в этих взглядах было меньше азарта и больше чего-то другого.
К утру старик всё ещё дышал. Слабо, неровно, но дышал. Анджело выиграл. Деньги и выходной достались ему. Но когда Сальваторе протянул купюры, никто из них не улыбнулся. Они просто стояли в пустом коридоре, слушали, как где-то вдалеке звенят первые утренние колокола, и чувствовали себя так, будто проиграли оба.
С тех пор они почти не разговаривают о той ночи. Только иногда, когда в отделении появляется тяжёлый пациент, кто-то из них тихо скажет: «Давай просто сделаем всё, что можем». И другой кивает. Без споров. Без ставок. Просто потому, что так правильно.
Читать далее...
Всего отзывов
0